День четырнадцатый

10.07.2001 Вторник

Улицы ночного Токио Поскольку время было уже совсем позднее, а нам с утра вылетать в Москву, решили мы потихоньку продвигаться в сторону аэропорта. Добрались до станции метро, возле которой утром оставили велосипеды, оседлали их и двинулись по направлению к аэропорту Ханэда. Забавно было видеть лица японских прохожих, у которых мы пытались узнать направление движения. Представьте себе картину - ночь беспробудная, окраина Токио, два парня европейской внешности пытаются узнать, как проехать к аэропорту, до которого 6-7 км по заброшенной промышленной зоне.

По дороге заехали мы в еще один интересный квартальчик. На въезде - пара эдаких "шкафчиков" уголовного вида. Едем вдоль улиц - девицы прохаживаются и на нас удивленно смотрят - "а эти, мол, как сюда забрались?!?". Но все ограничилось лишь удивленными взглядами - никто ничего не сказал.

Токийские кафе Уже на полпути к аэропорту, когда мы курсировали между магазинами в поисках бутылочек дешевого сакэ (ничего не подумайте, просто остались деньги и мы решили купить его в качестве сувениров, но денег было мало и мы ездили от магазина к магазину, выбирая сакэ подешевле), окликнул нас какой-то дядечка с вопросами - "Куда, мол, путь держите?", "Кто такие?", "Где ночуете?". И хоть дядечка был в штатском, определить род его занятий после трех-четырех вопросов не составило труда. Я сразу же перешел на "моя твоя не понимай", обильно перемешивая японские слова английскими, делая и без того мой не совсем чистый японский совсем нечистым. Пять минут разговора в стиле "мы сами не местные, из Синельниково едем" закончились для нас без последствий и мы, не оглядываясь, начали усиленно крутить педали, подальше от этого места.

Когда по нашим расчетам до аэропорта оставалось порядка полутора часов, а на часах было около четырех ночи, решили мы немного отдохнуть и перекусить. А перекусив, решили, не теряя времени, вздремнуть. Картина была более, чем колоритной. Берег токийского з алива, узкая полоска между берегом и скоростным хайвеем. Сбоку вертится радар. Чуть поодаль от дороги валяются два велосипеда, пара рюкзаков и мирно посапывают два парня (все той же европейской наружности).

Сон у меня был тревожный. Во-первых будили проезжающие мимо грузовики, а во-вторых мне все казалось, что дядечка в штатском на разговоре не успокоился и теперь настиг нас с подмогой. Продремав так около часа, я решил что пора ехать далее. Перед выездом я совершил ритуальный обряд омовения ног в водах токийского залива в предрассветных сумерках.

К аэропорту Ханэда мы подъехали уже засветло и наблюдали символичную картину - бетонная площадь, на которой стоят в ряд самолеты и сзади всходит солнце. Я даже попытался сделать фото, но передать весь символизм картины мне не удалось. Самолеты оказались видны на фото, а вот розоватое восходящее солнце нет.

На платформе токийского метро Прибыв в аэропорт, мы достали из камер хранения свой довольно многочисленный багаж и поехали в международный аэропорт Нарита. По дороге необходимо было забрать ноутбук. Передача ноутбука выглядела как в классическом шпионском триллере - транзитный перрон подземки, японец в очках, неприметный пакет.

Добравшись до аэропорта Нарита, мы вступили в череду финальных японских приключений. Первое, что нужно было сделать, это поменять остатки иен на доллары и мы простояли достаточно долго в очереди в обменный пункт. Далее необходимо было сдать в багаж наши вещи. Вот тут-то все пошло наперекосяк. Нас было двое и по правилам международных перелетов мы могли взять с собой что-то около 50-ти килограмм (если мне не изменяет память). У нас было несколько рюкзаков разного размера, велосипеды без колес, упакованные в целлофан и отдельно колеса в количестве четырех штук. При сдаче багажа взвешивание показало 65 кг, что по словам японки, принимавшей багаж, "нельзя". Проблема могла бы быть решена достаточно просто путем доплаты за лишние килограммы. Узнав сумму доплаты (по-моему 4000 иен за килограмм), мы осознали, что перевозка велосипедов обойдется нам в 500 долларов. Денег таких у нас не было и мы решили просто оставить колеса в Японии. Когда я сказал, что мы снизим багаж до нормативного веса и оставим честь его здесь, то получил в ответ "нельзя". Не совсем доверяя услышанному, я спросил - "А если бы мы приехали с багажом в 50 кг - это "можно"? "Да, можно". "А если приезжаем с 65-ти килограммами, а потом 15 оставляем - "можно"? "Нет, нельзя". Я стал подозревать, что мне изменяет логика.

Я было подумал, что служащая аэропорта считает, что мы просто свалим в кучу колеса прямо в зале и улетим (что было, по правде говоря, совсем недалеко от истины) и попытался сочинить историю, что у нас есть в Токио друг и этот друг скоро вылетает в Москву и он привезет нам наши колеса. В ответ я получил запрос - фамилия друга, дата вылета и номер рейса. В общем, ситуация была близка к критической, учитывая тот факт, что времени до посадки оставалось совсем немного. Видя всю безвыходность ситуации и огромную очередь, которая образовалась на приеме багажа, наша японка, посоветовавшись со своей коллегой, сказала: "Черт с вами, придурки, мы погрузим ваши колеса, но в следующий раз домой поедете на велосипедах" (ну может не совсем так, но по смыслу сходно) и мы, облегченно вздохнув, побежали (времени было совсем мало) с ручной кладью на контроль.

Дальше - интереснее. Я благополучно прошел контроль (у меня был средних размеров рюкзак и поясная сумка) и жду Антона. Он кладет на ленту свой рюкзак и отдельно на поднос поясную сумку. Из сумки моментально извлекается складной нож, сантиметров в двадцать длинной - "нельзя". У меня начинается легкая истерика. Нож запаковывают и отправляют в багаж. Выезжает пропущенный через рентген рюкзак Антона и служащая на контроле просит достать из него вещи - внутри подозрительный предмет. Времени до взлета - минут десять. Подозрительным предметом оказался баллон с пропаном (знай наших!). Не зная, как будет обстоять вопрос приготовления пищи, мы взяли с собой туристическую печку. Самое интересное, что три раза мы прошли все контроли с этим баллоном и вот теперь стоп. Служащая достает огромный каталог запрещенных к перевозке предметов и показывает нам один к одному наш баллон. Стоимость баллона - несколько долларов. Я подвигаю его к японке и говорю, что мы согласны с изъятием предмета и не возражаем, если он останется у японской таможни. В ответ - "нельзя". Я на грани истерики. Почему "нельзя"? "Необходимо оформить протокол изъятия". А времени уже нет (т.е. самолет уже, по идее, должен выруливать на взлетную площадку).

Я оставляю Антона заполнять протокол и бегу на посадку. На соответствующем гейте нервно мнется потерянная японка. Я показываю ей свой посадочный талон и на пару секунд ее лицо расцветает. Она отмечает что-то в своем списке и снова мрачнеет - не хватает одного пассажира. Я говорю, что сейчас его позову и делаю шаг по направлению к контролю, но окончательно растерявшаяся дальневосточная представительница буквально виснет на мне, мол, никуда не пущу. Она выпихивает меня к выходу и бежит на контроль. Метров через двадцать её великолепной рыси, мы (она и я) синхронно понимаем, что необходимо как-то опознать этого потерявшегося пассажира. Я кричу ей имя - Антон. И вот так с широко открытыми глазами и криками "Антон, Антон" унеслась японка в недра огромного международного терминала.

Когда всё же все опоздуны (или опозданцы) были собраны, нас посадили в автобус для опоздавших пассажиров. А опоздавшими были: трое русских, летевших из Австралии транзитом через Токио, двое украинцев (т.е. мы) и один непонятно как сюда затесавшийся японец. В итоге, вылет отложили минут на двадцать.

Честно говоря, пока я ждал, когда Антон закончит заполнение протокола, не очень веселые мысли вертелись в голове. Самолет улетает, денег на еще один билет нет. Перспектива - "подайте кто сколько может бывшему депутату государственной думы". Или лезгинка на горной дороге с криками "Дэнги давай!". Благо сложить фразу о недостаточности питания в течение шести дней по-японски я бы сумел. Но все закончилось для нас благополучно. Обратного перелета не помню совсем. После всех мытарств последних нескольких дней я был как заяц-энерждайзер без батарейки.

Последняя серия злоключений произошла уже в Москве. Пишу "злоключений", так как слово "приключение" вызывает все же некое приятное романтическое настроение, а ничего романтического в том, что произошло не было.

Хотя, должен всё же отметить, что был один курьезный факт на таможне. Забрав багаж, мы должны были пройти таможенный досмотр. В Шереметьево два коридора - красный, если есть что декларировать и зеленый - если нечего. В последний я и направил свои стопы, но сразу же был остановлен таможенником. Давайте проследим логику его мыслей. Приземлился самолет из Токио. Идет молодой человек, у которого огромный рюкзак за спиной, средних размеров впереди, как парашют и по сумке в каждой руке. И не просто идет, а в зеленый коридор. Сомнения, охватившие доблестного российского таможенника, вполне оправданы. Последующий диалог выглядел таким образом:

- А что, нечего декларировать?
- Нечего.
- Совсем-совсем нечего?
- Совсем-совсем.
- А вот, что это у Вас, к примеру, в левой руке за большая коробка в пакете?
- Это сковородка.
- ?!!?? …
- Да вот, друзья в Токио подарили. Хорошая сковородка, жалко было оставлять. Вот я ее и взял.
- А ну покажите!

Открываю коробку, внутри - большая тефалевая сковородка. Глаза у таможенника округляются (по опыту общения с японскими таможенниками, я пришел к выводу, что округление глаз, это некий профессиональный рефлекс, который вырабатывается у работников таможен всех стран). Дальнейшие вопросы по поводу необходимости декларирования отпали сами собой.

По прилету в Шереметьево я сразу же в аэропорту взял себе билет на поезд. Оставаться в Москве мне было не у кого, поэтому я решил не откладывая уехать в тот же день. До поезда было около двух с половиной часов и я думал, что добраться за это время до вокзала вполне возможно. Но не тут-то было. Сначала неспешный "Икарус" вез нас больше часа до ближайшей станции метро. Потом я метался в поисках нужной ветки. Потом пересадка на другую линию. Уже пересев, я посчитал количество оставшихся остановок, засек пару раз продолжительность переезда между станциями, умножил одно на другое и понял, что поезд уедет без меня.

По приезду на станцию я бросился по эскалатору вверх. Ощущение бега по эскалатору, едущему вверх, с багажом, килограммов в 20-25 и в середине июля просто незабываемо. Меня спасло то, что выйдя из метро, я сразу же попал в подземный переход к поездам дальнего следования. Еще один рывок вверх по ступенькам - я и на перроне. Поезд еще не тронулся, но проводница уже начала закрывать дверь. С нечленораздельными криками я буквально бросился в проем двери. Проводница заняла было оборонительную позицию, "грудью на амбразуре", но, несмотря на то, что амбразуру было чем закрыть, она не учла того, факта, что веса с учетом сумок и рюкзаков, во мне было столько же, а вот скорости гораздо больше. Скорость сыграла решающую роль и я втолкнул проводницу в вагон. Секунд двадцать я не мог отдышаться и представлял собой иллюстрацию монолога глухонемого - бурная жестикуляция и ни одного членораздельного слова. Но в итоге все было понято, билет проверен, направление в нужный вагон указано и я еще минут десять плелся по вагонам.


* * *

Вот так и закончилось мое недолгое путешествие в Страну Восходящего Солнца, путешествие на противоположную сторону Земли. Мечта, владевшая мной в течение нескольких лет, наконец-то осуществлена. И хоть я буквально переполнен впечатлениями, которые, немного поостыв, обрастут дополнительными подробностями и станут воспоминаниями, домой возвращаться все же немного грустно.